Великобритания

Месть: Меган, Гарри и война между Виндзорами. Глава 8. Хиллари

Перевод книги Тома Бауэра

«Я часто сопровождал Меган по Нью–Йорку, — вспоминал Джон Фицпатрик, — и она часто останавливалась в моем отеле на Манхэттене». Фицпатрик понимал амбиции Меган — она хотела встречаться и проводить время со знаменитостями. Автоматически он приглашал ее в лучшие рестораны, особенно в «Le Bilboquet», который Фицпатрик произносил как «‘Bill Buckley». Ресторан гордился тем, что является одним из самых снобистских ресторанов Нью-Йорка в Верхнем Ист-Сайде, и людям приходилось выпрашивать столик, чтобы сидеть рядом со знаменитыми актерами или даже Биллом Клинтоном.

Среди многих достоинств нью-йоркского отельера Фицпатрика для Меган были его близкие отношения с Клинтонами. В 2015 году он с гордостью организовал кампанию Хиллари по сбору средств в городе, когда она претендовала на пост президента на выборах следующего года. Как бывший сенатор и госсекретарь штата Нью-Йорк, никто не имел лучших связей, чем Хиллари Клинтон.

К тому времени Меган сосредоточилась на Эмме Уотсон и ее должности посла в программе «ООН-женщины». Меган нацелилась на то, чтобы добиться такого же назначения. Фицпатрик мог бы помочь. Запрос из офиса Хиллари Клинтон к Фумзиле Мламбо Нгчуке, главе организации «ООН-женщины» в штаб-квартире в Нью-Йорке, обеспечил жизненно важное представление, которого добивалась Меган. Элизабет Ньямаяро, зимбабвийская сотрудница кампании Организации Объединенных Наций по поощрению прав женщин и искоренению гендерного неравенства к 2030 году, позвонила Меган и спросила ее, не хотела бы она стать «защитницей участия женщин в политической жизни» в Африке. Это была именно та возможность, о которой мечтала Меган.

Ньямаяро была одета в выдающуюся одежду и своим характерным голосом доминировала в комнате. Она никогда не ожидала, что будет тихо стоять в углу. И Меган тоже. С самого начала между этими двумя существовали предпосылки для разногласий. Ньямаяро предложила Меган пройти недельную стажировку в Нью-Йорке, а затем сняться в рекламном ролике, пропагандирующем женское лидерство. Чтобы соответствовать ее расписанию, съемки должны были проходить в Торонто.

Мэтта Хасселла, креативного директора рекламного агентства KBS, Ньямаяро попросила прилететь в Нью-Йорк из Торонто, чтобы встретиться с «известной знаменитостью», которая станет звездой видео. В условиях секретности личности знаменитости Хасселл задавался вопросом, кто бы это мог быть. Мерил Стрип или другая голливудская звезда? Когда Ньямаяро сообщила, что это Меган Маркл, Хасселл был ошеломлен.

«Кто?» — спросили себя он и его продюсер Бренда Сурмински. Ни один из них никогда не слышал ни о Меган, ни о Suits. «Замечательно», — вежливо отозвались они, когда Меган присоединилась к разговору с помощью Zoom.

Познакомившись с актрисой, оба руководителя отдела рекламы были поражены настойчивостью Меган в том, что она, звезда, будет контролировать ситуацию. Ее иллюзия величия продолжалась и во время видеосъемки в колледже Джорджа Брауна в Торонто. Казалось, все были здесь, чтобы служить ей. Только Ньямаяро отказалась подчиниться. В течение всего дня они расходились во мнениях по поводу сценария.

Видео было снято, но результат оказался практически непригодным для использования. Тем не менее, в феврале 2015 года Меган вместе с Ньямаяро пролетела 9000 миль из Нью-Йорка в Руанду, не имеющую выхода к морю страну в Центральной Африке, чтобы пообщаться с женщинами о важности гендерного равенства.

Руанда стала местом ужасающей трагедии. В начале 1990–х годов гражданская война, сопровождавшаяся геноцидом, между двумя племенами – тутси и хуту — закончилась после жестокой гибели около 800 000 мирных жителей тутси. Поль Кагаме, офицер армии тутси, вышел в 2000 году из кровавой бойни и стал президентом страны, получив 90 процентов голосов избирателей. К 2015 году Кагаме широко обвиняли в соучастии в массовых убийствах. Многие из его политических противников были найдены мертвыми не только в Руанде, но и по всей Африке, а беженцы-хуту в соседнем Конго были убиты руандийской армией. Тем не менее, во главе с бывшим премьер-министром Великобритании Тони Блэром многие в мировом сообществе выставляли Кагаме напоказ как образцового африканского демократа. ООН, как и Блэр, проигнорировала доклад Госдепартамента США за 2014 год о жестоком угнетении в Руанде. Точно так же они проигнорировали слушания в Конгрессе США в 2015 году о склонности Кагаме убивать своих оппонентов.

Как постоянный читатель Economist, Меган должна была знать о репутации Кагаме, но если она хотела снискать расположение Ньямаяро, у нее не было выбора, кроме как поддержать его. По мнению Ньямаяро, Кагаме мечтал сделать Руанду «образцовой моделью женского лидерства для каждой страны». В своем восхищении диктатором Ньямаяро назвала женщин-политиков Руанды «феноменальными». Она не хотела признавать, что женщины-депутаты просто штамповали указы Кагаме.

В своей первой речи в Руанде Меган похвалила президента: «Нам нужно больше таких мужчин». В течение недели встреч с женщинами-руандийскими политиками она восхищалась тем, что 64 процента руандийских сенаторов были женщинами. Она не упомянула, что одной из причин этого было убийство руандийских мужчин во время племенного геноцида. Такие же запуганные, как и мужчины, женщины-политики не подвергали сомнению роскошный образ жизни своего лидера.

Путешествуя по всему миру на своем большом частном самолете, Кагаме останавливался в отелях за 2000 долларов за ночь, в то время как средняя дневная заработная плата его соотечественников составляла 2 доллара. Изображая из себя Ангела милосердия, Меган не подвергала сомнению щедрость президента. Переночевав в роскоши с кондиционером, она посетила лагерь несчастных беженцев Гихембе, чтобы спросить бедных женщин, как они справляются с жизнью. Их ответы были едва выслушаны.

Вернувшись перед наступлением темноты в столицу Кигали, она написала об этой поездке в своем аккаунте в Instagram: «Этот вид работы питает мою душу». Ее, похоже, не беспокоил контраст с тем, что на небольшом от нее расстоянии бедные люди едва выживали.

«Моя жизнь переходит от лагерей беженцев к красным ковровым дорожкам», — написала она на Tig. «Я выбираю оба мира, потому что на самом деле они могут сосуществовать».

Во время своей следующей поездки в Лондон Меган рассказала Джине Нелторп-Коун об Элизабет Ньямаяро как о «настоящем друге». По ее словам, она была уверена, что через исполнительного директора ООН добьется большей публичности.

«Я очень серьезно отношусь к тому, чтобы быть образцом для подражания для молодых женщин», — объяснила она.

Она рассчитывала, что Ньямаяро быстро повысит ее до должности посла ООН, и она займет тот же высокий пост, что и Эмма Уотсон.

Читайте также:  "Новая книга ничего не раскроет о Меган Маркл - её сестра ничего не знает", - считает Омид Скоби

В сентябре 2014 года, будучи послом ООН по делам женщин, Уотсон запустила кампанию ООН HeForShe в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке. Ее страстная речь о гендерном равенстве попала в заголовки мировых газет. Фумзиле Мламбо-Нгчука похвалила Уотсон:

«Мы очень рады и польщены возможностью работать с Эммой, которая, по нашему мнению, воплощает ценности организации «Женщины ООН».

emma uotson Месть: Меган, Гарри и война между Виндзорами. Глава 8. Хиллари

Мечтая о такой же славе, Меган написала в своем блоге Working Actress:

«Я работаю много часов, я путешествую, мой мозг работает. У меня голова идет кругом. Мои дни расплываются. Мои ночи беспокойны. Мои волосы причесаны, лицо накрашено, мое имя узнаваемо, мой звездный рейтинг растет, моя жизнь меняется».

***

Джина Нелторп-Коун заметила перемены. Ее агентство организовало для Меган бесплатное проживание в пятизвездочном отеле «Дорчестер» на Парк-Лейн. Хотя она и так была никому не известна, Меган настояла на том, чтобы ее зарегистрировали под псевдонимом. Вскоре после того, как бронь была подтверждена, Меган объявила, что не может остановиться в этом отеле, поскольку владелец, султан Брунея Хассанал Болкиах, чья коллекция Dorchester включала отель Beverly Hills в Лос–Анджелесе и отель Le Meurice в Париже, недавно предложил наказывать прелюбодеев и гомосексуалистов по законам шариата, а женщин, делавших аборты, публично пороть. Был найден другой отель, готовый предоставить бесплатное проживание в обмен на согласие Меган продвигать его.

«Она заботилась о своем имидже, — сказал Нелторп Коун, — и не хотела делать ничего, что могло бы поставить его под угрозу».

Новости в Лондоне, однако, были разочаровывающими. Несмотря на то, что Нелторп Коун постоянно предлагала клиентам выступление Меган на мероприятиях, описывая ее как сильную, предприимчивую, состоятельную женщину, ей все отказывали. Причина всегда была одна и та же: она была неизвестна, как и Suits. Меган сказали, что без рекомендаций она не сможет привлечь внимание британских СМИ и, следовательно, не будет принята на работу. Меган не скрывала своего разочарования.

Посоветовавшись со своим агентом и публицистами, Меган увидела возможность для своего продвижения. До этого она дважды публично упоминала расу – один раз в декабре 2012 года на Третьем ежегодном концерте Witness Uganda в Лос-Анджелесе и еще раз в антирасистском видео для американской благотворительной организации Erase the Hate. Во время ее съемок в первой серии «Форс-мажоров» ее смешанная раса почти не упоминалась, не в последнюю очередь потому, что большинство зрителей считали, что она белая. Она решила, что это должно измениться, особенно после того, как во второй серии «Форс-мажоров» был представлен ее чернокожий отец.

Пересмотрев свое прошлое, она решила, что будет искренне представлять себя как пережившую расизм. Задача состояла в том, чтобы найти платформу для запуска ее ребрендинга. Она выбрала журнал Elle в Америке. Один очевидец описал, как Меган «влетела» в офис Elle и встретила Джастина Хармана, одного из редакторов журнала. В какой-то момент их разговора Меган попыталась втереться в доверие и предложила написать приглашения на свадьбу Хармана. Меган предложила Elle отправить ее на остров Мальта, чтобы найти корни своей смешанной расы. Она вспомнила, что где-то в далеком прошлом бабушка Маркл упоминала, что пра-пра-пра-прабабушка ее отца, ирландка Мэри Бёрд, жила на Мальте с английским солдатом по имени Томас Бёрд. Они поженились, и в 1862 году на Мальте родился ребенок. Чтобы придать истории большую привлекательность, она сообщила, что Мэри Бёрд в 1856 году работала поваром в Виндзорском замке.

У Хармана не было причин подвергать сомнению слова Меган или отвергать ее предложение поехать на Мальту с Джиной Нелторп-Коун. Журнал Elle договорился с управлением по туризму Мальты, что в обмен на бесплатную поездку опубликованная статья Меган не только расскажет о мальтийском происхождении Меган, но и поведает о местной еде, вине и пляжах, а также послужит фоном для модной фотосессии.

«Эта поездка», — писала Меган, — была в основном посвящена попытке понять, откуда я родом. Есть что-то такое прекрасное в том, чтобы вписаться в кусочек головоломки. До того, как я приехала, люди говорили мне: ”Когда ты поедешь на Мальту, все будут похожи на тебя“, и я начала говорить: ”О боже, я действительно как бы сливаюсь с толпой», и это было самое прекрасное чувство».

 

К удивлению Нелторп-Коун, в тот момент, когда они высадились на острове, Меган решила не искать свою белую родословную. В этом не было ничего удивительного. У Меган не было «родословной» на Мальте. Солдат девятнадцатого века Томас Бёрд женился на Мэри Маккью в Доннибруке, Дублин, в январе 1860 года (явно исключая любую работу в Виндзорском замке). Бёрд был направлен вместе со своей женой в Индию и ненадолго на Мальту. Вскоре после рождения сына они переехали в Канаду, где Томас умер. Мэри снова вышла замуж и стала Мэри Уайт. 

Томас Маркл отрицал, что его мать когда-либо рассказывала историю о связи Марклов с Мальтой.  Собиралась ли Меган когда-нибудь искать предков, — задавался вопросом Нелторп-Коун. Она сомневалась в этом:

«Все, что она делала, было тщательно продумано и тщательно спланировано».

Чувствительная душа, ищущая свои корни, превратилась, как говорила Джина, «прежде всего в деловую женщину». Приоритетом Меган были деньги, — заключила Нелторп-Коун.

Курт Арриго, известный местный фотограф, нанятый мальтийским туристическим управлением, фотографировал Меган во время посещения ресторанов и виноградников в многочисленных местах с бесконечными сменами одежды. Меган позиционировала себя как гурмана, эксперта по красоте и моде и сторонника хорошего самочувствия. Во время своего пребывания на Мальте она не говорила ни о расе, ни о политике, ни о своем отце и никогда не упоминала Серену Уильямс и всех других знаменитостей, которых она называла своими друзьями на своем сайте.

По возвращении в Лондон Меган сказала Нелторп-Коун: «Ты на самом деле особенная для меня. У нас особая дружба». К тому времени Нелторп-Коун уже призналась себе:

«Я попала под чары Меган, как и все остальные. Она не только излучала тепло и искренность, но и заставляла вас чувствовать, что вы единственный в мире человек, который имеет значение»..

К несчастью для мальтийского туристического управления, в опубликованной Меган статье в Elle не упоминалась Мальта. Рестораны, вина и пляжи острова были забыты. Фотографии Арриго не использовались. В прекрасно написанной для журнала статье под заголовком “Меган Маркл: я больше, чем ”Другая», Меган представила то, что она назвала «дихотомией» смешанной расы в ответ на приглашение Elle «поделиться своей историей». Хотя рассказать свою историю было ее собственной инициативой, она написала: «Честно говоря, мне было страшно». Ранее в социальных сетях она намекала о своем прошлом: «Сегодня я решила быть смелее, пойти немного глубже и поделиться с вами гораздо более широкой картиной». И пересказала уже знакомые три истории: куклы Барби, поле этнической принадлежности школьной анкеты и комментарий студентки Северо-Западного университета о ее происхождении. Она жаловалась на «этот мир, в который я не вписываюсь и который так плотно скрывает мои эмоции под моей этнически невзрачной (и не такой толстой) кожей».

Утверждая, что она была аутсайдером, занимающим «темную область… туман вокруг того, как люди общались со мной», она заключила: «В то время как мое смешанное наследие, возможно, создало серую зону вокруг моей самоидентификации, оставаясь по обе стороны забора, я пришла к этому… чтобы выразить свою гордость за то, что я сильная, уверенная в себе женщина смешанной расы».

Любопытно, что, хотя в посте Tig в 2015 году она упомянула о поездке на Мальту по просьбе Elle, в 2017 году ссылка на Elle была удалена. Статья Elle была использована Нелторп-Коун в качестве рычага для приглашения 30 потенциальных покупателей бренда Meghan в Home House, частный клуб в центре Лондона.

Там Меган участвовала в дискуссии с Эммануэлем Джалом – суданским ребенком–солдатом и музыкантом — о феминизме и расширении прав и возможностей женщин. Она не упомянула расу и результат разочаровал всех. Публика отвергла ее как неинтересную. L’Oreal и все другие косметические фирмы отклонили приглашение представить Меган в качестве лица своего бренда. Единственным проблеском надежды было предложение о возможном контракте от менее известного швейцарского производителя часов. Но Меган не горела желанием слышать плохие новости. Нелторп-Коун пообещала продолжать попытки.

***

На помощь пришел Джон Фицпатрик. Он пригласил Меган на прием в Белом доме в честь Дня Святого Патрика 17 марта 2015 года. Накануне вечером Фицпатрик устроил ежегодный ужин Американского Ирландского фонда для 200 ирландских и американских знаменитостей. Описание Фицпатриком своих отношений с Меган оказалось точным: «Она встречалась со знаменитым шеф-поваром, который то появлялся, то исчезал [и] она вроде как с кем-то встречалась. Официально я с ней не встречался – мы были лучшими друзьями».

Под звуки фанфар Меган вошла в Белый дом вместе с Фицпатриком, что стало поистине волнующим моментом для каждого американца.

«Это моя подруга Меган. Вы знаете ее?» — спросил Фицпатрик Райана Табриди, популярного ирландского радио- и телеведущего.

Она также познакомилась со Стефани Рош, в то время футболисткой Houston Dash, с которой позже открыла ирландское консульство в городе. Но самым запоминающимся знакомством было знакомство с Бараком Обамой. Президент подошел, чтобы встретиться с Фицпатриком, и поговорил с Меган. «Она была на седьмом небе от счастья», — сказал Фицпатрик.

megan i barak obama Месть: Меган, Гарри и война между Виндзорами. Глава 8. Хиллари

Из Белого дома пара поехала в отель Willard, штаб-квартиру Фицпатрика. Горстка важных ирландских влиятельных лиц была приглашена на его прием, прежде чем отправиться в резиденцию ирландского посла на вечеринку. К удивлению Фицпатрика, прибыло более 30 друзей. Он попросил Меган помочь разносить напитки. «Она встала за стойку бара», — вспоминал он с нежностью. Благодаря Фицпатрику Меган вернулась в Торонто, воодушевленная своим будущим.

В марте 2015 года у Меган были веские основания полагать, что она находится на восходящей траектории. Она не только встречалась с аристократией Демократической партии, но и при поддержке Хиллари Клинтон и Элизабет Ньямаяро согласилась выступить на конференции «Женщины ООН» в Нью-Йорке.

На этой неделе организация «Женщины ООН» проводила две конференции. Основная конференция для VIP-персон, на которой в прошлом году выступала Эмма Уотсон, проходила в штаб-квартире ООН. Вторая встреча для детей и второстепенных личностей состоялась 10 марта в театре за пределами Бродвея. Ньямаяро сказала Меган, что та могла бы выступить на второй конференции в качестве защитника организации «Женщины ООН» за лидерство женщин и участие в политической жизни.

Одним из основных докладчиков будет Приянка Чопра, индийская актриса и бывшая Мисс Мира. Другими выступающими перед аудиторией в 2000 человек будут Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун и Хиллари Клинтон. Хотя имя Меган не фигурировало ни в пресс-релизе, ни в рекламе программы, Меган пригласила свою мать на «самое важное событие в моей жизни». Она планировала повторить славу Эммы Уотсон как феминистки. Она утверждала, что стать актрисой ее вдохновила Джулия Робертс.

В своем кратком обращении Меган бегло рассказала историю своего детского протеста против Procter & Gamble, ответ, который она получила от Хиллари Клинтон, и о том, как она в одиночку изменила кампанию Procter & Gamble. «Именно в этот момент я осознала масштабность своих действий. В возрасте 11 лет я добилась своего небольшого уровня влияния, выступив за равенство». Никто не усомнился в ее правдоподобном самовосхвалении.

После признания ее достижений она осудила низкую представленность женщин в парламентах. Говоря о своем визите в Руанду, она сказала: «Я всегда хотела быть женщиной, которая работает. И такая работа — это то, что питает мою душу и подпитывает мою цель».

Более спорной была ее похвала президенту Кагаме. Она сказала о человеке, обвиняемом в зверствах: «Нам нужно больше таких мужчин». И повторила феминистские настроения Эммы Уотсон. «Я так горжусь тем, — заключила она, — что я женщина и феминистка, и этим вечером я чрезвычайно горжусь тем, что стою перед вами в этот знаменательный день, который служит напоминанием всем нам о том, как далеко мы продвинулись, но также и напоминает о предстоящем пути».

Публика восторженно зааплодировала. Пан Ги Мун встал и пожал ей руку. Впоследствии Меган описала это событие как переломный момент в своей жизни. В последующие годы у многих сложилось впечатление, что она выступала в зале Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций вместе с Эммой Уотсон. Мало кто понимал, что Уотсон не выступала в ООН в том году и что Меган выступала перед второстепенной аудиторией.

Вскоре после этого Меган просила Элизабет Ньямаяро познакомить ее с Эммой Уотсон. Ньямаяро отказалась. Ничуть не смутившись, Меган попросила Элизабет Ньямаяро повысить ее до должности посла ООН. Пхумзиле Мламбо Нгчука, южноафриканский директор организации «Женщины ООН», сомневалась. Делу Меган не могло помочь то, что у некоторых людей создалось впечатление, что, хотя она и говорила о политике, философии и идеологии, ее очевидная всепоглощающая страсть к расширению прав и возможностей женщин на самом деле была сосредоточена на саморекламе и расширении прав и возможностей Меган Маркл.

Какова бы ни была причина, Ньямаяро отклонила просьбу Меган о повышении до посла. Меган уволилась из HeForShe и разорвала свои связи с организацией «Женщины ООН». Однако примечательно, что, несмотря на неопубликованный раскол, она продолжала публично ссылаться на свой опыт работы в организации «Женщины ООН» в качестве доказательства своей филантропии. Посторонние никогда не знали правды ни о разрыве, ни о причинах. По мнению Меган, оба чиновника ООН недооценили ее важность.

К тому времени посты Tig привлекли почти миллион подписчиков в Instagram, а в Twitter у нее было более 250 000 подписчиков. Преодолев рубеж в 1000 постов в Tig, она, наконец, стала самостоятельной бизнесвумен. Будучи влиятельным человеком, зависящим от халявы, одежды взаймы и платежей за продвижение товаров, она зарабатывала гонорары, поддерживая несколько известных брендов: Bobbi Brown make-up, Lanvin fashion, Sentaler coats и Reitmans, ведущего розничного продавца одежды среднего класса в Торонто. Сопровождая посты привлекательными фотографиями самой себя, она последовательно показывала розовые румяна под названием «Оргазм», себя в постели со своими двумя собаками Богартом и Гаем, а также описывала зарубежные поездки с друзьями и посещения ресторанов.

Ссылаясь на Аманду Шанталь Бэкон и Гвинет Пэлтроу, она энергично рекомендовала Moon Dust, смесь трав, растительных экстрактов и минералов, для энергичного «улучшения вашей красоты, мозга, тела, сексуальной энергии, сна и духа». Она похвалила ашваганду как «корень, который помогает щитовидной железе». Она забыла добавить, что корень был одобрен Камасутрой для улучшения сексуального удовлетворения.

Иногда она упоминала, что во время прогулки в близлежащем парке ее собаки привлекали поклонников. Чтобы подчеркнуть индивидуальность Tig, рекламные акции дополнялись воспоминаниями Меган: «Я родилась и выросла в Лос-Анджелесе, калифорнийская девушка, которая живет по принципу, что большинство вещей можно вылечить с помощью йоги, пляжа или нескольких авокадо. Я веду себя дерзко, это очевидно». Она писала о своей «чувствительности хиппи-диппи-калифорнийской девушки ко всему чистому и зеленому». Она описывала себя как «самоуверенную, целеустремленную и с глубоким желанием добиться перемен». И с сожалением говорила: «Я не очень высокая, поэтому, когда я ношу короткую юбку, я должна быть очень сознательной… Быть собой — это самое красивое, чем может быть человек». 

Превратив одинокую жизнь в Торонто в достоинство, она представила себя на YouTube как великолепного повара, наслаждающегося блюдами испанской, итальянской и других местных кухонь. Чтобы поддерживать себя в форме, она бегала по шесть миль в день, занималась горячей йогой и платиновым пилатесом, а также любила иглоукалывание и баночный массаж. Она начинала день с чашки горячей воды с ломтиком лимона, овсяных хлопьев, смешанных с миндалем, бананами, сиропом агавы и соевым молоком, а затем «съедала» смузи.

Будучи гуманитарием и «гражданином мира», посвятившим себя «расширению прав и возможностей женщин», и выступая против Brexit и Дональда Трампа, она советовала: «Часто путешествуйте, заблудившись, вы найдете себя».

Что касается ее самой, она рассказывала о своей блестящей карьере, чтобы реализовать свое «искреннее» желание использовать свою славу, чтобы сделать мир лучше. Доказательством влияния, по ее словам, была ее дружба со столькими знаменитостями. Будучи «сетевиком мирового класса», Меган любила мелькать именами в Tig. Часто упоминалось о встрече с Сереной Уильямс; она «гордилась» своей подругой Милли Макинтош, «наследницей с качественной улицы» и звездой Made in Chelsea, с которой она познакомилась в Soho Farmhouse; а после недавнего ужина с пастой и рагу из телятины она назвала своего близкого друга Рори Макилроя «не просто кажущимся настоящим, а настоящий».

В преддверии президентских выборов 2016 года она также похвалила свою подругу Иванку Трамп как «потрясающе красивую… но настолько невероятно сообразительную и умную, что она не просто заняла для себя нишу под знаменитой известностью своего отца Трампа, она, несомненно, создала свою собственную империю. Так легко сбить с толку девушек из привилегированных семей… но я всегда помню, что Иванка была другой».

А поскольку она не знала достаточного количества знаменитостей, она называла имена тех, кого никогда даже не встречала, включая Элизабет Херли: «Спасибо Лиз за то, что заставила меня стремиться вести себя как леди и чувствовать себя женщиной»; и точно так же Хайди Клум – «самая красивая женщина, которую я когда-либо видела… Как та цыпочка, с которой ты хотела бы выпить».

Она старалась не упоминать о личностях, с которыми познакомилась через Джона Фицпатрика. Клинтоны и американо-ирландский сет не приветствовали бы хлесткие упоминания в ее блоге. Ее отношения с Фицпатриком оставались тайной. Кори Витиелло оставался невидимым.

Была и обратная сторона. Торонто был не самым естественным местом для регулярных встреч с международными знаменитостями. Благодаря ресторанам Кори она стала экспертом в еде, а благодаря дорогому гардеробу Suits — модницей. Благодаря Кори она прониклась городскими ритмами, но Джессика Малруни стала источником еще лучших знакомств. Амбициозный сетевик дала Меган возможность познакомиться с канадским истеблишментом – Томсонами, Уэстонами и Роджерсами. Однако ни один из них не мог обеспечить прорыв, которого она хотела, за пределами Канады. Голливудская слава оставалась недостижимой.

Войти с помощью: 
Подписаться
Уведомление о
0 Комментарии
Обратная связь
Показать все комментарии
Кнопка «Наверх»
0
Буду рада Вашим комментариямx